Композиторская деятельность Куддуса Кужамьярова

В день памяти

Куддус Ходжамьярович Кужамьяров – поистине ярчайшая легендарная личность в сфере музыкальной культуры Казахстана. Его богатейшее творческое наследие составляет яркую и значительную часть развития уйгурской музыки в целом, и в Казахстане – в частности. Неоспоримость его заслуг как композитора обусловлена не только тем, что он явился первым профессиональным уйгурским композитором, но также стал основоположником профессиональной уйгурской музыки, сумев органично соединить в своем творчестве национальные традиции и современность.

Его авторский стиль имеет глубокую национальную почвенность: К. Х. Кужамьяров не просто бережно относился к национальному музыкальному культурному наследию и его изучению, но и сам был активным пропагандистом и собирателем его образцов – он собрал их около 300 (1, с. 208). Закономерно, что в своих произведениях композитор повсеместно использовал элементы традиционной уйгурской музыки, и национальное начало стало неотъемлемой частью его творческого почерка, что обусловило яркий национальный колорит большинства сочинений К. Х. Кужамьярова.

 Именно это определило не только их индивидуальность, но и в ряде случаев естественно обусловило право первенства для его произведений в общей панораме образцов академической уйгурской музыки. Так, опора на традиционные образцы послужила основой создания К. Х. Кужамьяровым первой уйгурской оперы «Назугум» в 1956 году[1], особенно в связи с интонационной основой. Несомненно, национальная самобытность стала важным фактором, способствовавшим огромному успеху оперы «Назугум», и, к тому же, навсегда закрепившим приоритет национального образца данного жанра в уйгурской музыке. Реальные исторические события, послужившие основой сюжета и либретто оперы – борьбы уйгурского народа против порабощения маньчжур и трагичность судьбы мужественной уйгурской девушки Назугум, патриотически погибшей в бою, определили акцент на исторической и героической направленности тематики, с присутствием в драматургии лирико-бытовой линии (2, с. 134). Заложенные в «Назугум» основы национальной уйгурской героико-драматической оперы были развиты затем К. Х. Кужамьяровым в его опере «Садыр-Палван», премьера которой состоялась в 1977 году.

Балет «Чин-Томур» также стал первым национальным образцом жанра, базирующимся на сюжете народного предания, мастерски «выстроенным» на сочетании традиций уйгурского песенно-инструментального творчества с использованием элементов мукама и на постановке традиционных уйгурских танцев в органичном сплетении с основами классической хореографии.

Помимо рельефной национальной почвенности музыкально-сценических произведений К. Х. Кужамьярова, опора на традиции уйгурской музыки ощущается и во многих произведениях других жанров профессионального музыкального искусства. В целом, творчество композитора характеризуется значительным жанровым многообразием, и практически в каждой жанровой группе во многих сочинениях так или иначе обозначена преемственность с уйгурской музыкальной традицией, что в значительной мере определяет их жанровое своеобразие.

Так, национальные истоки оркестровых произведений К. Х. Кужамьярова обусловили выделение уйгурской симфонической музыки в Казахстане в самостоятельную ветвь. Эта тенденция наметилась уже в первых оркестровых сочинениях композитора, – симфонических поэмах «Ризвангуль» и «Песне о свободе», созданных им в 1950 и 1954 годах. Воплощение героико-патриотической тематики и национальная самобытность музыкального языка, как и в музыкально-сценических произведениях К.Х. Кужамьярова, стали их показательными характерными чертами. Обе симфонические поэмы связаны с образами девушек-патриоток, героически сражавшихся и погибших в боях за свободу. Главная тема «Ризвангуль» основана на уйгурской народной песне «Дутаримнин тарлири» («Струны моего дутара»), а в «Песне о свободе», ставшей своего рода предвестником первой уйгурской оперы «Назугум», основой главной темы стала одна из народных песен об этой отважной девушке.

В те же годы в оркестровом творчестве К.Х. Кужамьярова зарождается другое направление, опирающееся на национальную специфику: это симфонические сочинения «малой формы» (2, с. 71), где первым произведением стали «Симфонические танцы в четырех частях», созданные в 1952 году. Позже, в 1969 году впервые была исполнена его сюита в 4-х частях для эстрадного оркестра «Уйгурские напевы», в 1972 году появляется симфоническая картина «Машрап» («Вечеринка»), в 1982 – поэма для камерного оркестра «Моя долина», далее – концертная пьеса «Шаттлык» («Радость», 1983 ), танец для камерного оркестра «Маргул» («Трель», 1988 ). Как видно уже из большинства приведенных названий, это яркие национальные жанровые музыкальные зарисовки и бытовые сцены, отражающие традиции уйгуров.

Для каждого из двух указанных направлений симфонического творчества К.Х. Кужамьярова, как и для его музыкально-сценических произведений, показательно обращение к специфической национальной тематике и образности, использование фольклорного музыкального материала, либо сочинение оригинальных авторских музыкальных тем в национальном духе, органичное сочетание особенностей традиционного музыкального языка, ладового, интонационного и ритмического строя уйгурской музыки с основами европейской и русско-советской академических композиторских школ. Причем, даже уже в первых своих произведениях К.Х. Кужамьяров не ограничивается простым цитированием народных мелодий в музыкальном тематизме собственных произведений.

Он творчески преобразует фольклорный материал, искусно соединяя композицию европейского типа с принципами традиционного уйгурского музицирования, воспроизводя в нотном тексте своих произведений стихию импровизационности, приближая звучание инструментов европейского симфонического оркестра к традиционным с помощью характерных штрихов и применения своеобразных национальных уйгурских интонационных и ритмических формул, специфической мелизматики.

В целом, исследователи творчества К. Х. Кужамьярова подчеркивают опору на уйгурский мукам или его элементы всей части произведений композитора с рельефно выраженной национальной спецификой (1, с. 211). Вероятно, это сходство обусловило возможность творческого поиска К.Х. Кужамьяровым путей их взаимодействия в процессе создания ярких национальных образцов уйгурской симфонии.

Уже в Первой симфонии, памяти А. Розыбакиева (1971 год), по образно-художественной концепции продолжающей национальную героико-трагическую линию первых двух упомянутых симфонических поэм, принципы традиционного музицирования лежат в основе финала, обусловливая особенности его формообразования, фактуры, мелодической орнаментации. Традиции мукама также рельефно воспроизведены во всех последующих симфониях К.Х. Кужамьярова, начиная со Второй симфонии. Всего композитор создал пять симфоний, и воссозданные в каждой из них национальные особенности, связанные со спецификой национального музыкального мышления и восприятия были им синтезированы с европейскими композиционными принципами. Это проявляется в тематизме, структуре, трактовке симфонического цикла, его образного спектра и драматургии.

Та же тенденция отчетливо прослеживается и в концертах К.Х. Кужамьярова. Всего их шесть: это одночастный Концерт для трубы с оркестром (1973 год, вторая редакция — 1985 год), Концерт для скрипки с оркестром в 2-х частях (1982 год), одночастный Концерт для саксофона с оркестром (1985 год), Двойной концерт для флейты, гобоя и камерного оркестра в 3-х частях (1987 год), одночастный Концерт для голоса с оркестром (1988 год), Концерт для виолончели с оркестром в двух частях (1990 год). Бесспорно, их созданием К.Х. Кужамьяров внес неоценимый вклад в формирование и развитие уйгурского концерта в Казахстане. В каждом из перечисленных произведений в той или иной мере воссоздается художественная картина мира, характерная для уйгурской и шире – для восточной традиции. Прежде всего, это выражается, с одной стороны, в преобладании поэтичных лирических образов, передаче эмоций и настроений через созерцательность и философское размышление, с другой – в общей атмосфере праздничности, радости и оптимизма. Той же задаче соответствует и стихия импровизационности, изначально одинаково присущая и жанру концерта, и уйгурским песням и мукаму, опора на закономерности которых ясно ощутима во всех концертах К.Х. Кужамьярова, особенно в отношении выбора композитором структурных и формообразующих принципов. Созданию подлинно народного духа способствует и яркий национальный колорит музыки, – он в значительной мере достигается за счет богатой орнаментики мелоса, использовании характерных для уйгурской музыки ладов, близких к традиционным фактурно-гармонических средств, имитации звучания традиционных уйгурских инструментов.

Национальное направление, разработанное К.Х. Кужамьяровым в связи со становлением уйгурского концерта в Казахстане, было затем продолжено в творчестве его младших современников – И. Масимова, Ш. Шаймардановой, С. Кибировой, Х. Сетекова. Кроме того, интенсивное развитие уйгурского концерта как самостоятельной ветви, начатое в творчестве К.Х. Кужамьярова, бесспорно, определило значительность его места в общей панораме концертного жанра в нашей многонациональной стране, обогатив его историю яркими образцами, основанными на своеобразии уйгурской традиционной музыкальной культуры и, буквально пронизанными ее элементами.

Национальная линия, связанная с уйгурской традиционной музыкой, в той или иной степени высвечивается и во многих сочинениях всех других жанров богатого творческого наследия К.Х. Кужамьярова. Так, в ряде вокально-симфонических и хоровых произведений национальное своеобразие может в различных аспектах проявляться на протяжении всего сочинения, его части или нескольких частей.

Например, первое ощущается в вокально-симфонической четырехчастной сюите «Вечер в уйгурском колхозе» на слова К. Хасанова (1957 год), в хоровой сюите в 4-х частях на темы уйгурских народных песен (1969 год), в вокально-симфонической поэме «Зауреш» (1983 год, слова народные), в «Поэме о Дутаре» для солиста, хора и оркестра на слова Х. Хамраева. Второй случай очевиден в вокально-симфонической сюите «Дорогой дружбы» (1958 год) в 6-ти частях на слова Х. Бекхожина, где, в соответствии с общим художественным замыслом, только четвертая часть, «Уйгурский танец», характеризуется ярким национальным колоритом. В вокально-инструментальной сюите «Зацветет целина» (1954 год) в 5 частях для солиста, хора и ансамбля уйгурских народных инструментов на слова К. Хасанова уже национальный состав инструментального сопровождения определяет своеобразие всего произведения, а специфические музыкально-выразительные средства способствуют его усилению в трех из пяти частей – «Степь широкая», «Маргул», «Приезжай, любимая».

Также, в хоровом и камерно-вокальном творчестве К.Х. Кужамьярова имеются и авторские обработки уйгурских песен – например, хоровые обработки песен «Тэссили» и «Гулявля» (1956 год), уйгурских народных песен для сольного исполнения «Айнулям» и «Балихан-яр» (1947 год), песни «Ризвангуль» на слова К. Хасанова (1949 год).

Национальные мотивы рельефно проявляются и в камерно-инструментальных произведениях, – таких, как «Уйгурский танец для скрипки и фортепиано», Фортепианное трио на уйгурскую народную песню «Бу чинар» (1948 год), в четырехчастном Струнном квартете на уйгурские темы «В родном колхозе» (1950 год), в Трех пьесах для фортепиано: «Мелодия», «Маргул», Аndante Presto (1973 год), в «Народной мелодии» из трех пьес для скрипки и фортепиано (1989 год).

Однако, несмотря на тесную связь композиторского творчества К.Х. Кужамьярова с уйгурской музыкальной традицией, было бы неверным не упомянуть и об иных истоках значительной части тех его сочинений, которые не были непосредственно с этой традицией связаны, либо ее элементы в них переплетаются с элементами других национальных культур.

Прежде всего, признаки подобного взаимодействия очевидны в отношении казахской музыкальной культуры, являющейся своего рода «централизующей силой», закономерно влияющей на развитие всех других национальных культур многочисленных этнических групп, живущих в Казахстане, и в том числе – на уйгурскую культуру.

Среди наиболее интересных и показательных результатов такого сочетания в композиторском наследии К.Х. Кужамьярова, в первую очередь, можно выделить произведения с ярко выраженной опорой на уйгурскую традиционную музыку, но предназначенные для исполнения оркестром казахских народных инструментов. Это «Праздничная поэма на уйгурские народные темы» (1951 год), «Уйгурский танец» (1956 год), «Маргул» (1970 год).

Пример культурного взаимодействия в том же аспекте, но между китайской и казахской культурой, демонстрирует «Китайская лирическая» для оркестра казахских народных инструментов (1953 год).

Непосредственно на казахскую музыкально-поэтическую традицию опираются созданные К.Х. Кужамьяровым «Казахский танец» (1972 год), «Два кюя» (1986 год) для оркестра казахских народных инструментов, «Казахский танец» (1958 год) для эстрадного оркестра.

Кроме того, преемственность и признаки воздействия казахской культуры прослеживаются в других произведениях различных жанров, представленных в творчестве композитора. Среди них – опера «Золотые горы», созданная совместно с Н. Тлендиевым в 1960 году, музыка к драматическому спектаклю «Алия Молдагулова» (1953 год), оратория «Цвети, Семиречье» для смешанного хора, солистов и оркестра (1970 год), поэма для хора «Думы об Алатау» на слова А. Тажибаева, хоровые произведения «Песня о скакуне» на слова Джамбула, «Алма-Ата – прекрасная столица» на слова М. Алимбаева.

 Помимо уйгурской и казахской, воздействие других национальных музыкальных культур также заметно в ряде произведений К.Х. Кужамьярова. В качестве примеров к уже названной «Китайской лирической» можно добавить «Русский танец» и «Китайский танец» в упомянутой выше вокально-симфонической сюите «Дорогой дружбы» (1958 год) в 6-ти частях на слова Х. Бекхожина, «Китайский танец» в Сюите из четырех танцев оперы «Назугум» (1955 год), оркестровую увертюру на темы современных китайских песен «Реет красный флаг» (1959 год).

К тому же, закономерно, что достаточно большое количество сочинений К.Х. Кужамьярова может быть выделено в отдельную самостоятельную группу в связи с тем, что они были созданы в соответствии с идеалами того времени, в которое формировался и развивался талант композитора, родившегося в первый год после Октябрьской социалистической революции и прошедшего практически весь период советской эпохи. Вполне естественно, что веяния того времени были выражены в его творчестве, неотъемлемой частью которого стали такие произведения, как хоровая сюита в 5-ти частях «На колхозном поле» на слова Х. Бекхожина (1948 год), оратория «Партия Ленина» для смешанного хора и оркестра (1962 год), кантата «Родина» на слова М. Абдрахманова (1986 год), хоровые опусы «Привет Сталину» на слова К. Хасанова(1949 год) и «Великий Ленин» на слова И. Искандерова (1967 год), песни «Дочь колхоза» на слова К. Хасанова и «Иди, комбайнер» (1950 год), «Пионерская походная» на слова М. Алимбаева (1952 год), «Голос мира» на слова Р. Тохтановой и «Песня дружбы» на слова К. Хасанова (1954 год), «Мы – счастливые дети» на слова Авутова (1961 год), «Первое мая» на слова А. Ушурова (1964 год), «Самолет» на слова Е. Ескендирова (1965 год). Как бы ни оценивался в наше время советский период, его идеологию и все, связанное с ними, – то, что перечисленные произведения К.Х. Кужамьярова обладают несомненными музыкально-художественными достоинствами, не зависящими от идейно-социальной направленности, сейчас уже бесспорно.

Наконец, творческое наследие К.Х. Кужамьярова широко представлено и такими сочинениями, в которых все упомянутые выше черты и признаки сплавлены воедино и выражаются не напрямую, а опосредованно, взаимодействуя с особенностями современного музыкального языка и, в итоге, составляют комплекс художественных средств, определяющий особенности авторского стиля композитора. Названия этих произведений, в большинстве случаев, нейтральны и не отражают отношения к национальным музыкально-культурным традициям или к социальной идеологии, а их художественный замысел в большей мере связан с какими-то иными истоками. В их числе можно назвать Элегию для виолончели и фортепиано (1938 год), Прелюдию-поэму для фортепиано (1947 год), Ноктюрн для фортепиано (1948 год), Анданте для виолончели и фортепиано и одночастную Сонату для скрипки и фортепиано (1949 год), Три пьесы для виолончели и фортепиано и Поэму для виолончели и фортепиано (1979 год), Поэму для камерного оркестра (1985 год), Три пьесы для скрипки и фортепиано: «Ария», «Простой вальс», «Движение». К той же группе можно отнести и произведения с программными названиями, например, фортепианные: «Весна идет», «Весенняя песня», «Солнечный лес» (1955 год), «Последний снег», «Дождик» (1964 год), «Лирика», «Раздумье», «Взволнованность», «Радость» (1977 год). Из песен и романсов К.Х. Кужамьярова можно назвать «Любовь» на слова К. Хасанова, «Весну» на слова Е. Ескендирова (1965 год), «Мечту» и «Я – мотылек» на слова Л. Хамраева (1967 год), «О, друг мой» и «У моря» на слова Х. Бекхожина (1967 год), «Огонь любви» на слова Т. Молдагалиева (1969 год).

«Детская тема» тоже не обошла творчество К.Х. Кужамьярова, получив отражение в  песнях «Бобегим» («Мой малыш», 1948 год) на слова Д. Адилова, «Моя школа» на слова А. Мухамедова и «Мы – счастливые дети» на слова К. Авутова (1961 год),  «Кем буду» на слова Ж. Саина (1965 год), в Пятнадцати детских пьесах для фортепиано (1991 год).

В целом, рассмотрение композиторской деятельности Куддуса Кужамьярова, дает основание сделать заключение о ее необычайной плодотворности и многообразии, о творческом претворении в его произведениях как национальных традиций уйгурской и других музыкальных культур, так и различного рода современных тенденций, связанных с особенностями музыкально-исторического развития культуры в Казахстане. Сейчас уже также неоспорим его статус классика уйгурской академической музыки.

 Более того, он вёл активную деятельность по распространению и пропаганде всей казахстанской музыкальной культуры. Он способствовал упрочнению и повышению её статуса в Казахстане и за рубежом, будучи на протяжении многих лет членом правления Союза композиторов Казахстана и возглавляя его в 1955-1966 годах в должности председателя, являясь также членом правления общества Дружбы и культурной связи с зарубежными странами и общества «Отан» по культурным связям с соотечественниками за рубежом, участвуя в международных фестивалях, творческих встречах и авторских концертах и других мероприятиях со своими произведениями.

Куддус Ходжамьярович Кужамьяров заслужил признание и современников, и потомков, снискав их благодарность. Его произведения навсегда заняли достойное место в музыке Казахстана и продолжают исполняться с неизменным успехом, – как в нашей стране, так и за рубежом, а диски с их записью неизменно популярны.

С. АКЕНТЬЕВА, студентка 3 курса 

отделения «Теория музыки» АМК им. Чайковского

Ссылки:

  1. Касимова З. Фольклорные истоки творчества К. Кужамьярова. //Куддус Кужамьяров – время и музыка. Материалы международной научно-практической конференции, посвященной 90-летию со дня рождения К. Кужамьярова. — Алматы, 2008.
  2. Кирина К. Куддус Кужамьяров и уйгурская музыкальная культура. — М., 1994.
  3. Список сочинений К. Кужамьярова. // Мне в судьбе повезло быть первым… Композитор Куддус Кужамьяров. Сборник статей, размышлений и воспоминаний. К 85-летию со дня рождения. – Алматы, 2003.
  4.  Хасанова Р. Куддус  Хожамьярович Кужамьяров (Гожамияров) (библиографический указатель). Министерство культуры РК. — Алматы, 1993.


[1] В систематизации композиторского творчества  К.Х. Кужамьярова здесь и далее автор статьи опирается на справочный материал из источников 2, 3, 4. (См.:  Ссылки).

,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *