«Мустафа Шокай»: музыка в партитуре кинофильма

Историко-биографический фильм режиссёра Сатыбалды Нарымбетова «Мустафа Шокай» (2008г.) посвящен описанию перипетий судьбы известного казахского политического деятеля XX века, чей непростой жизненный путь не только вобрал в себя трагедии времени, но и сам стал трагедией. Мустафа Шокай – личность яркая, неоднозначная, и было бы прегрешением против истины изобразить его вне этой сложности. Наша задача состоит в том, чтобы проанализировать особенности музыкального оформления фильма в его связях с сюжетом и личностью главного героя.

Обращает на себя внимание тот факт, что данный фильм и по сюжету, и по музыкальному наполнению подчеркнуто интернационален. Во-первых, проект объединил кинематографистов Казахстана и России, а среди актеров мы найдем и представителей других национальностей (например, Иржи Конечны). Во-вторых, действие происходит в дореволюционном Туркестане, на Кавказе, в Турции, Франции, Германии – такая богатая география потребовала от создателей фильма соответствующих музыкальных иллюстраций. Предварительно можно отметить, что музыка фильма отчетливо поляризуется на европейскую и азиатскую. В-третьих, главный герой – Мустафа Шокай – был европейски образованным человеком, знакомым с культурными достижениями всего мира, что хорошо иллюстрирует киномузыка. Наконец, музыку к фильму написал знаменитый казахский композитор Куат Шильдебаев, творчество которого тесно связано с национальными корнями, и в то же время признано в мире.

После начальных титров, сопровождающихся женским акапельным пением мотива знаменитой песни Абая «Желсіз түнде жарық ай», наступает первая сцена фильма. Ее музыкальная составляющая вводит зрителя в одну из главных сюжетных линий – историю нежных и трогательных взаимоотношений Мустафы Шокая и его жены Марии Гориной. Проходящий мимо дома Марии Мустафа прислушивается к ее голосу, который сразу поражает его своей красотой. Весьма важно, что Мария исполняет арию Аиды из одноименной прославленной оперы Джузеппе Верди, аккомпанируя себе на рояле (внутрикадровая музыка). Стоя на улице, несмотря на дождь, Мустафа часами наслаждается ее пением и навек влюбляется в свою будущую жену. Этот эпизод характеризует Мустафу как человека с тонкой, чуткой к прекрасному душой, способной ценить истинное искусство. В то же время немаловажный аспект исполнения арии из «Аиды» – это аллюзия, содержащая указание на один из главных мотивов фильма – верность Марии своему мужу на протяжении совместного пути, несмотря на все тяготы и горечи их жизни в разных уголках мира. Как известно, по сюжету оперы Аида принимает решение умереть вместе со своим возлюбленным, которого приговорили к погребению заживо, и тайно проникает в подземелье, где суждено погибнуть Радамесу. Понятно, что не всякий зритель знает о либретто шедевра Верди, однако такая аллюзия создает фильму необходимую интертекстуальную глубину, насыщает кинокартину дополнительными смыслами, усложняет его семиотическую структуру и повышает его художественную ценность. В одной из последующих сцен зритель увидит Марию, поющую арию из «Аиды» уже на сцене столичного театра.

Сцене знакомства главных героев предшествует исполнение Марией (также в кадре) знаменитого романса Сергея Рахманинова «Здесь хорошо» на стихи Галины Галиной. Описываемое действие происходит в особняке Еникеевых в Ташкенте в предреволюционном 1916 году, и исполняемое Марией произведение хорошо характеризует культурный и исторический контекст их встречи: дворянское гнездо, образованная публика, в числе гостей – Александр Керенский, один из вершителей судеб империи и ее окраин.

После этого значимого эпизода следует еще один фрагмент, где звучит внутрикадровая музыка, – танец будущих супругов под инструментальную версию знаменитого вальса «На сопках Маньчжурии» (автор И. Шатров). Как известно, вальс посвящен воинам 214-го Мокшанского пехотного полка, путем огромных потерь, прорвавших оцепление врага во время русско-японской войны 1905 года (автор произведения был одним из героев того сражения и после возвращения на Родину сочинил в память о товарищах свой вальс). Очевидно, что выбор данной музыки создателями фильма не случаен. Во-первых, она так же, как и предыдущие произведения, хорошо вводит зрителя в контекст происходящего в картине. Мотив героизма, опасности и предчувствия «грозы» соответствует исторической обстановке – достаточно указать, что это годы Первой мировой войны, а впереди еще немало бедствий, которые затронут все человечество. Во-вторых, вальс «На сопках Маньчжурии» был необычайно популярен в то время и вполне мог исполняться на вечере у Еникеевых – использование данного произведения в кадре всецело отвечает требованиям исторической достоверности (тем более, что фильм относится, как уже было отмечено, к историко-биографическому жанру). В-третьих, вновь можно заметить здесь характеристику главного героя, но уже как человека по-военному решительного, твердо знающего свои цели: во время первого танца Мустафа делает предложение Марие, хотя знает, что она замужем.

Композитор фильма Куат Шильдебаев своей музыкой подчеркнул особо трагичные моменты кинокартины. Так, в сцене разгрома большевиками Кокандской республики в 1918 году звучит тревожная драматическая музыка. Под звуки «плача» солирующего кобыза зритель сопереживает покоренным и убитым (было уничтожено около шестидесяти тысяч мирных жителей Коканда). Мелодический рисунок данного фрагмента полон глубокой внутренней скорби. Его протяжный ритм и повторяющиеся интонации от одной ноты словно оплакивают вместе с народом постигшее его горе. Несмотря на то, что сама сцена взятия Коканда, как и полагается, носит активный характер (врывается конница, показаны перестрелка, пальба из пушек и т.д.), музыка в данном эпизоде как бы отрешена от действия – она не описывает, но передает его значение. Музыкальный фрагмент демонстрирует, что трагедия носит гораздо более масштабный характер – это трагедия целого народа, а не отдельного города.

Кобыз в к/ф Мустафа Шокай

Партия кобыза в сцене взятия Коканда

 

Лиризмом и тревогой дуэта домбры и кобыза окрашена сцена прощания Мустафы с матерью и племянником (сцена с уходящим поездом). Музыка здесь – не только комментарий, раскрывающий зрителю эмоциональные переживания главного героя, но и пророчество будущих потерь – как станет известно далее, всех родственников М. Шокая расстреляют, кроме племянника Байдрахмана Садыкова, сотрудника НКВД, которого отправят ликвидировать своего дядю (в рамках операции под названием «Франц»). Описываемый музыкальный эпизод – совсем короткий по длительности, но взволнованные интонации народных инструментов передают зрителю ощущение, что Мустафа не просто переезжает в другое место, он как будто теряет свою Родину, видя её страдания и не в силах помочь.

Трагичный кобызовый мотив (тот же, что и в эпизоде захвата Коканда) Куата Шильдебаева, отличающийся глубиной национального содержания, сопутствует сцене убийства изголодавшихся казахов, кинувшихся к поезду с продовольствием. Звучание кобыза сопровождает и будущую встречу Мустафы с племянником Байдрахманом в расположении немецкой армии.

В некоторых сценах фильма музыкальные элементы хорошо иллюстрируют взаимоотношения представителей разных культур. Так, русский спутник М. Шокая с раздражением комментирует молитвенное пение муэдзина, на что Мустафа объясняет: муэдзин «не орет», а «к Богу взывает». Данный момент хорошо подчеркивает то важное значение, которое Мустафа придавал религии.

Грустная вокальная мелодия иллюстрирует чувства главных героев, покидающих на корабле родину – как окажется, навсегда. Многочисленные сцены в Париже иллюстрируются номерами французской эстрады, звучащими по радио. Во время прогулки на речном трамвае снова звучит музыка в кадре – попутчик-француз исполняет на аккордеоне незамысловатую, легкую мелодию.

Подчеркнуто контрастирует с подобного рода музыкой хорал И.С. Баха «Tantum Ergo». Как нельзя лучше эта музыка раскрывает духовное потрясение Мустафы Шокая, узнающего, что все его родственники расстреляны. Герой плачет в кадре, а затем выходит на улицу, несмотря на проливной дождь. Это потрясение, масштаб и глубину которого подчеркивает музыка Баха, во многом должно объяснить дальнейшие действия Мустафы, который идет на все, чтобы спасти своих земляков и родину от тоталитарного режима, установленного Советской властью. Становится понятным, почему герой готов даже на сотрудничество с людьми, являющимися воплощением чумы XX века, – носителями идеологии фашизма.

Музыка звучит и в тех фрагментах фильма, где приводятся кадры документальной хроники. Так, когда на экране появляются представители советской власти и картины парада в СССР, зритель слышит известную песню «Москва майская» (авторы Д. Покрасс и В. Лебедев-Кумач). В свою очередь, когда в кадре показана нацистская «верхушка», звучит узнаваемый бравурный немецкий военный марш.

Как уже отмечалось, красной нитью через фильм проходит мотив любви Марии и Мустафы. Одно из наиболее пронзительных ее воплощений – исполнение Марией в кадре на казахском языке красивейшей песни Абая «Желсіз түнде жарық ай». Данное произведение выражает любовь Марии к своему мужу и надежду героя на будущее освобождение своего народа.

Однако вскоре зритель вновь слышит трагическую музыку И.С. Баха: в итоге Мустафа понимает, что не может принять условий фашистов, видя, как они относятся к его землякам и к другим военнопленным. Герой пишет письмо Риббентропу, понимая, что ему не удалось спасти своих соплеменников, страдающих в плену (но не зная, что на самом деле он спас многих из них, поскольку позже было решено отправить их на тыловые работы). Вскоре, на территории лагеря, Мустафа падает (по сюжету фильма и по архивным документам не ясно, было ли это сердечным приступом или результатом отравления, организованного немцами). Финал картины подчеркнуто музыкален и поэтичен – это признание в любви своей жене, обращенная к ней просьба о прощении и благодарность за верность и любовь. В кадре при этом показаны картины родины, которая, как верит герой, будет свободна.

Особого внимания заслуживает тот факт, что данная кинокартина содержит в себе записи «живой», акустической музыки, в то время как саундтрек большинства современных отечественных фильмов создан при помощи компьютерных возможностей. Так, к примеру, в киноленте (согласно финальным титрам) задействованы записи Симфонического оркестра Казахского государственного Академического театра оперы и балета им. Абая (дирижеры Ренат Салаватов и Нурлан Жарасов), Государственной хоровой капеллы им. Б. Байкадамова (дирижер Бейимбет Демеуов), Государственного духового оркестра РК (дирижер Канат Ахметов). Следует отметить, что вокальные партии в фильме (арию Аиды из одноименной оперы Дж. Верди, романс С. Рахманинова «Здесь хорошо», песню Абая «Желсіз түнде жарық ай») исполнены солисткой ГАТОБа Гульзат Даурбаевой. В свою очередь кобызовые партии исполнили Айгерим Дайрабаева и Ерлан Сабитов, а партию домбры – Канат Саден.

В целом, музыкальная концепция кинопроизведения является чрезвычайно продуманной и далеко не сводится только к функции иллюстрации происходящего в кадре, что в определенной степени способствовало признанию публикой и успеху фильма «Мустафа Шокай».

Данара МУСАХАН, магистр искусствоведческих наук

,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *